Армия и военное искусство Китая

Армия и военное искусство Китая
Армия и военное искусство Китая

Китайская империя, как известно, была государством земледельцев, мечтавших не о военной славе и добыче, а о мирном труде на своем клочке земли. Правители империи охотно рассуждали о приоритете моральных законов над военной силой — идея, выразившаяся в классической формуле: «Возвеличивать культуру, принижать войну». Война всегда считалась в Китае не столько поводом для стяжания славы, сколько печальной необходимостью. Китайская империя не знала традиции празднования военных побед, а полководцы-триумфаторы имели гораздо меньше шансов прославить свое имя, нежели труженики писчей кисти. Китайская военная наука всегда руководствовалась представлением о том, что настоящий воин побеждает, не воюя. Столь сдержанное отношение к войне имело свои объективные причины: даже успешные войны с сопредельными странами не столько обогащали империю, сколько разоряли ее. Китайские императоры не имели ни ресурсов, ни, в сущности, надобности для расширения границ своей державы за счет степей на севере или горных массивов на западе. Колонизация же Юга была осуществлена в основном мирным путем.

Все же армия была жизненно необходима для выживания любой династии, правившей Китаем. Но подход китайского двора к организации войска определялся факторами скорее хозяйственными и политическими, нежели военно-стратегическими. Создатели древнекитайской империи стремились как можно теснее срастить войско с крестьянскими массами. Так, правители Цинь ввели для своих подданных всеобщую воинскую повинность: в их царстве каждый здоровый мужчина, достигший тридцати лет, должен был год прослужить в войске своей области.

Армия землепашцев-воинов отличалась высокой дисциплиной, лояльностью властям и, главное, была очень дешева. Она вполне соответствовала потребностям кратковременной обороны империи от нападений извне, что и было главной стратегической задачей китайских правителей. Однако она не годилась для затяжных военных действий или больших походов, надолго отрывавших крестьян от дома. Поэтому на практике устройство войска было более сложным.

На границе империи размещались войска двух типов: отряды военнопоселенцев, которые были заняты главным образом надзором за оросительными каналами и охраной казенных амбаров, и профессиональных солдат, несших пограничную службу. Для крупных наступательных операций использовались в основном армии наемников из числа «варваров», а также ссыльные преступники. Такие армии, впрочем, дорого обходились казне и к тому же были очень ненадежны.

Наконец, существовал третий тип войска: дружины местных могущественных семей. Эта военная сила становилась господствующей в периоды междуцарствия и внутренних смут.»

В эпоху поздних империй, несмотря на постоянное давление кочевников с севера, опустошительные набеги пиратов на морское побережье и многочисленные восстания, правители великой земледельческой державы так и не смогли решить проблему создания эффективного войска. Времена Ханьской династии, когда, как считалось, один солдат имперской армии стоил шестерых «варваров», остались далеко позади. В народе военное дело тоже отнюдь не пользовалось почетом, о чем напоминает старинная китайская поговорка: «Из хорошего железа не делают гвоздя, хороший человек не служит в солдатах». В начале XVII в. первый русский посланник в Китае Иван Петлин отмечал, что «китайские люди в военном деле робливы».

Сунский двор отказался от ополчения и перешел к созданию профессиональной армии, набиравшейся в основном из голытьбы и даже преступников, согласившихся служить в обмен на прощение прежних грехов. Такое войско представляло угрозу для самого двора, и, чтобы предотвратить ее, сунские императоры раздробили и до крайности бюрократизировали управление им. Кроме того, они практиковали регулярную ротацию пограничных войск, памятуя об их потенциальной опасности для имперской власти. В результате, несмотря на огромную численность, — почти полтора миллиона человек к середине XI в. — сунская армия оказалась на редкость неэффективной.

Основатель империи Мин попытался по-новому решить проблему создания боеспособной армии: он учредил наследственное сословие «военных дворов» (цзюньху). В селениях, состоящих из этих дворов, трое мужчин из каждых десяти должны были постоянно нести военную службу, а остальные — заниматься землепашеством, чтобы обеспечить армию продовольствием. Управление войсками в целях безопасности было раздроблено по пяти округам. Службу на границе несли посменно воины из внутренних гарнизонов. Для военных походов создавались сводные части под управлением специально назначенного полководца. Тем не менее минский двор тоже был вынужден создать наемные войска, которые в конце концов, вступив в союз с маньчжурами, способствовали краху минской державы.

Правители-манчьжуры Цинской империи учредили систему «войск восьми знамен», первоначально предназначавшихся только для соплеменников; со временем основную массу восьми знаменных войск составили китайцы. К началу XIX в. официальные цинские войска почти утратили боеспособность, и со второй половины этого столетия цинский двор, как и все предшествующие династии в поздний, кризисный период, все более опирается на нерегулярные армии, созданные влиятельными людьми в провинции. Создавались эти армии уже по европейскому образцу и нередко имели иностранных инструкторов,

В начале 20-х годов Сунь Ятсену с помощью Советской России удалось создать боеспособную революционную армию, которая сыграла решающую роль в национальной революции 1925-1927 гг. Коренным образом изменился и статус армии: армейская служба стала почетной обязанностью граждан нового Китая, а нередко также способом обеспечить себе сытную жизнь, а то и дорогу во власть. Привлекательность военной службы заметно уменьшилась в последние годы с появлением других возможностей для карьеры. Тем не менее в КНР армейский распорядок вплоть до настоящего времени пропагандируется как образец для всего общества. На Тайване сохраняется всеобщая воинская повинность для мужчин.